Тот, к кому был обращен этот вопрос, посмотрел на Нейрса рассеянно, как будто пытаясь собраться с мыслями.
- По правде говоря, - наконец начал он, - я почти не сомневаюсь, что один человек из этих троих знает больше, чем говорит. Но, на мой взгляд, правильнее будет пока умолчать о том, кого я имею в виду.
Нейрс устремил на маленького священника столь пронзительный взгляд, что выронил монокль.
- Пока мы с вами просто беседуем, - отчеканил он. - Но, думаю, вы знаете: на более поздних этапах расследования сокрытие информации поставит вас в трудное положение.
- Ну, сейчас, по крайней мере, положение мое очень простое: я представляю интересы моего друга мистера Хокета. На сегодняшний день ему пора бы уже оборвать связи со своей организацией и перестать называть себя социалистом. У меня есть все основания полагать, что он близок к принятию догматов католичества.
- Да ну, на Хокета это не похоже, - недоверчиво сказал один из участников беседы. - Он ведь только и знает, что ругать почем зря священников.
- Мне кажется, вы не до конца понимаете подобных людей, - тихо проговорил патер Браун. - Он ругает священников за то, что они, как ему кажется, не выступают в роли активных борцов за справедливость. Но мало-помалу он осознает: священники - тоже люди, и они таковы, какие они есть. Однако мы здесь не для того, чтобы обсуждать психологию обращенных грешников. Я заговорил об этом лишь потому, что, понимая то, что я имею в виду, вы бы сузили круг своих поисков и задача тем самым бы упростилась.
- Если все это правда, круг сузится вокруг этого Элайаса, негодяя с лошадиным лицом, - воскликнул Нейрс.